Союз марксистов • 18 февраля 2024 в 14:30
Монополии в рыночной экономике
К монополизации предприятия толкают желания сэкономить и пережить кризис. Дело в том, что при использовании совместно средств производства снижается доля их стоимости в конечном продукте.
Монополизация промышленности ведёт к стабилизации промышленного хозяйства и росту стоимости акций монополий. Важную роль играют банки, которые дают предприятиям оборотные средства в виде кредитов. В итоге происходит сращивание банковского и промышленного капитала, и банки начинают распоряжаться финансами промышленных монополий.
Условия возникновения монополий
Самая частая причина возникновения монополий – желание предприятий покупать у контрагентов подешевле и продавать подороже. После слияния предприятия смогут забирать себе большую долю при дележе прибылей между поставщиками товара и розничными торговцами.
Другим мотивом объединения становится желание пережить кризисы. Капиталистическая экономика циклична: в ней регулярно случаются как подъёмы, так и спады, и каждый владелец средств производства об этом знает. Объединение в монополии позволяет удерживать высокие цены во всех фазах.
Обязательным условием является ограниченность рынка. Иногда монополии возникают из-за особых условий, таких как территориальное расположение, специфика выпускаемой продукции и т. д.
Финансовые организации, выдающие кредиты предприятиям, тоже часто заинтересованы в объединении и поощряют его, т. к. размер оборотных средств увеличивается. Часто монополизации способствует государство, вводя таможенные пошлины. Иностранному капиталу с более низкими ценами тяжелее попасть на рынок, а отечественные производители могут удерживать высокие цены.
В капиталистических странах предприятия часто объединяются для борьбы с организованным рабочим движением.
Как действуют картели
Существует много монопольных объединений, но нас интересуют картели, синдикаты и тресты.
При картелях предприятия заключают договор о распределении заказов, предложений, прибылей. Синдикаты – это более мощная версия картелей, когда для учёта распределения создаётся специальный орган. Туда поступает часть заказов, предложений или прибылей, а потом распределяется между предприятиями. При таких объединениях, а также в концернах, у предприятий остаётся некоторая самостоятельность. Более подробно о концернах и трестах мы писали в статье о книге Р. Лифмана «Картели и тресты».
В трестах же всё производство подчинено органу монополии, а не отдельны предприятиям. Смысл такого объединения – получить преимущества расширенного производства (горизонтальное объединение) или комбинированного (вертикальное объединение).
Картели проходят две стадии: сначала они формируются и стремятся либо поглотить, либо уничтожить конкурентов. Для этого картель может попытаться лишить другие предприятия поставок, сбыта, рабочих рук, а также временно сбивать цены. В следующей стадии объединение пытается компенсировать убытки за счёт высоких цен.
Капиталистическое государство и монополии
Государство представляет интересы всего крупного капитала. Когда интересы класса капиталистов находятся в противоречии с интересами отдельных групп, вполне вероятно вмешательство государства и противодействие с его стороны отдельным выступлениям монополий. Мы наблюдали такое явление во время Первой Мировой Войны, когда капиталистические правительства в интересах всей национальной группы капиталистов применяли такие меры, как национализация крупнейших предприятий, флота, железных дорог, организация гос. предприятий, конкурирующих с частными монополиями, чтобы сбить неимоверно раздутые монополиями цены по государственным заказам, и т. д.
Также стоит отметить, что монопольные объединения не способны предотвратить кризисы, они подчиняются общим законам. Если бы картели не поднимали цены в период повышательной конъюнктуры, то из картелей начал бы уходить капитал. Если же картели повышают цены, то действуют согласно законам рынка. Если после этого в период спада картели пытаются удержать цены, то отрасль начинает терять прибыль и капитал перетекает в другие области.
Таким образом, процесс картелирования при рыночной экономике всё ещё не создаёт достаточного уровня рационализации народного хозяйства. К тому же, монополии в капиталистических странах тормозят технический прогресс, так как стремятся снизить количество произведённой продукции.
Синдикаты при капитализме и социализме
Цель хозяйственных объединений при капитализме – прибыль. При социализме – участие в развитии производственных сил страны. При этом у капиталистического государства для воздействия на синдикаты есть только простейшие инструменты, которыми, к тому же, оно часто пренебрегает ввиду своей классовой природы.
Промышленность в социалистическом государстве не ставит своей главной задачей прибыль, поэтому ей нет смысла поддерживать искусственный дефицит товаров как в капиталистическом государстве. Наоборот, промышленность стремится расшириться, а для этого для неё должна быть подготовлена соответствующая торговая база. Поэтому оказывать влияние на торговцев, на их развитие – одна из задач синдикатов.
В капиталистической экономике кризис носит неизбежный и циклический характер. При дефиците в какой-то отрасли происходит резкое перетекание капитала.
В социалистической экономике такое перетекание капитала невозможно, хотя бы потому что недостаток товаров не влечет за собой повышения цен и прибылей.
«Как область производства, так и факторы, определяющие емкость рынка (зарплата, цены и др.) и сами рыночные взаимоотношения, подвержены государственному регулированию. В частности, государство регулирует отпускные и в подавляющей части торговые (посреднические) цены, пути следования товаров по торговым каналам и ряд других моментов. Господствующие позиции в торговле занимают в настоящее время госторговля и кооперация. Через посредство генеральных договоров и предварительных заказов торговых посредников промышленности достигается высокая степень увязки спроса и предложения, приближающаяся в некоторой степени к плановому распределению».
Существуют опасности ошибок плана и диспропорциональности развития отраслей, но с развитием всего общего хозяйства влияние таких ошибок становится меньше и они не перетекают в общие кризисы. Существуют также и сезонные факторы, но производство и потребление под них приспособить вполне можно, если эти факторы заранее известны.
Предприятия не могли быть поглощены банками, в советском праве не было такой опции. Не являлось для советской экономики естественным и самостоятельное поглощение мелкого предприятия крупным. Такие действия осуществлялись государством или с государственных санкций в рамках планового начала.
Процент синдицирования в Союзе был необычайно высок. Типичной особенностью советских синдикатов являлся их всесоюзный характер. В капиталистическом хозяйстве картели, охватывающие всю отрасль производства в национальном масштабе, редки – в специфически пригодных для этого отраслях чаще встречаются тресты национального масштаба, напр., в нефтяной промышленности.
Капиталистические синдикаты строятся обычно по принципу узкой специализации. Часто, например, возникают картели на отдельные готовые изделия или материалы. Советские же синдикаты, в большинстве случаев, охватывают регулирование (и реализацию) всех основных продуктов производства. Советский Металлосиндикат, например, охватывал производство различных видов железа, чугунного литья, чёрной жести, проволочных гвоздей, различных труб, предметов мелкого и среднего машиностроения и т. д. При этом этот синдикат ещё считался сильно специализированным.
Синдикаты при социализме
Социалистическое государство для управления хозяйством должно осуществлять плановое регулирование. Однако на первых порах советская власть столкнулась с рядом трудностей: рынок неизвестен, методы калькуляции затрат непонятны, а особенности работы каждого предприятия с наскока учесть невозможно. Выходом из ситуации стало создание синдикатов.
Возникновение синдикатов
Одинаковыми условиями для образования синдикатов в промышленности и социалистического, и капиталистического хозяйства являются: ограниченное число самостоятельных предприятий, однотипность производства и ассортимента, благоприятное для синдицирования территориальное размещение предприятий, обложение акцизом, общие интересы в области внешней торговли и т. д.
Впрочем, в случае СССР были и другие причины: 1) то, что тяжёлая промышленность находилась в особенно неблагоприятных условиях в отношении рынка и долгое время продолжала оставаться в отдельных частях убыточной, 2) то, что в ней преобладало ограниченное число крупнейших предприятий и, следовательно, объединение управления ими или объединение тех или иных из их функций в синдикатах легче осуществимо.
В эпоху военного коммунизма роль синдиката выполняло государство. Ему сдавались все товары, и уже оно их распределяло. Функции распределения выполняли в центре главки и Наркомпрод. С переходом к НЭПу была легализована торговля. Однако тресты столкнулись с тем, что поодиночке они не могут совладать с рыночной стихией: они все лезли продавать в центр, конкурировали между собой, продавали товары ниже себестоимости, а частники, пользуясь неопытностью трестов, наживались на ситуации. Всё это привело в 1922 г. к необходимости создания синдикатов.
Конкуренция и главкизм
Полностью отказаться от низового управления советская власть не могла. Система сугубо централизованного административного регулирования на ранних этапах ведёт к бюрократии и неспособна управлять большим количеством объектов. Рынки и хозяйство в этом случае полностью дезорганизованы. И самое главное: госаппарат в таких условиях не сможет нормально разработать план, т. к. не получится нормально разобраться в тонкостях каждого производственного процесса и разработать методику калькулирования. СССР столкнулся с этой проблемой в период Гражданской войны до введения НЭПа.
Отказаться от госрегулирования тоже ни в коем случае нельзя, т. к. усилия разрозненных предприятий будут направлены на борьбу за рынок, а не на развитие общего хозяйства. Может произойти усиление позиции частников. Также это нарушит основные принципы социалистического хозяйства, согласно которым человек подчиняет себе стихию рынка, а не наоборот. Какие-то элементы конкуренции можно оставить, такие как соцсоревнование, но в целом для экономики СССР она была бы губительна.
«Военный коммунизм первых лет революции дал нам образцы централизации, по которым мы можем наглядно учиться, какой централизации иметь не нужно.
Несомненной ошибкой главкизма приходится считать гипертрофию централизма, выразившуюся в том, что главки совершенно ликвидировали всякую самостоятельность предприятий и пытались подчинить своему регулированию (из центра!) такие функции (в области управления), которые даже трест, ближе стоящий к заведению, оставляет ему в неприкосновенном виде. Конечно же, социалистический централизм ни в малой степени не предполагает мелочной опеки из центра и, наоборот, сохраняет значительную самостоятельность предприятиям (большую, чем теперь, если принять во внимание общее улучшение условий производства и перерождение состава руководителей и рабочих предприятий).
Главкизм времен военного коммунизма был бы негодной системой организации национализированной промышленности в условиях мирного развития не только потому, что “только НЭП является единственной правильной формой сочетания социалистической индустрии и мелкого товарного хозяйства” (из резолюции апрельского пленума ЦК), но еще и потому, что система главкистской централизации не выросла органически из самой промышленности, а была создана „сверху, в форме бюрократического административного аппарата”».
Имеется ввиду, что НЭП был единственной правильной формой на момент написания книги. В дальнейшем от него пришлось отказаться для усиления позиции государства и перехода к более планомерной экономической политике.
Синдикаты и госуправление
Синдикаты в СССР представляли собой орган, который объединял в себе несколько трестов и осуществлял большую часть их торговой деятельности. С одной стороны, они оперативно регулировали снабжение и сбыт продукции входящих в них предприятий, с другой стороны, государственное управление стало удобнее. Советские синдикаты развивали свою деятельность преимущественно в сфере обмена.
Полномочия государства по отношению к синдикатам были большие, Канторович описывает их так:
«Практика и ряд общегосударственных законодательных актов обеспечивает государственным органам возможность расширения и сужения объёма синдицирования как в отношении участия отдельных предприятий в синдикатах, так и в смысле концентрации в синдикатах того или иного объёма оперативных функций трестов; перераспределения средств из одной отрасли народного хозяйства в другую как путём назначения твердых цен и синдикатских наценок, так и путём изъятия прибылей; установления обязательных для обеих сторон условий расчёта между синдикатами и их крупнейшими контрагентами по генеральным договорам; направления товарных масс, реализуемых синдикатами в определённые районы, а в некоторых случаях определённым контрагентам; сокращения и изменения характера торговой сети; определения размеров административных расходов синдикатов и т. п.»
Самой сложной задачей для советских учёных был поиск баланса между государственным регулированием синдикатов и их самостоятельной деятельностью.
«Для 1923 г. была характерна противоположная черта. „ВСНХ не управлял синдикатами», – справедливо указывает обследование РКИ в сборнике „Синдикаты и Госторговля». Эта пассивность ВСНХ привела, между прочим, к отрыву синдикатов от государственной плановой политики. Однако, в последующем росте регулирования синдикатов наряду с положительными чертами имеются и отрицательные – регулирование синдикатов вырождается частично в лишение их необходимой оперативной самодеятельности. “Бюрократическое окостенение тканей торговли», на которое жалуется в своей резолюции пленум Совета синдикатов в 1927 г., угрожает в известной мере и синдикатам. На очереди стоит предоставление синдикатам большей хозяйственной самодеятельности”».
Принцип добровольности
Государственные органы могут обязать отдельные тресты или даже все крупные тресты и предприятия отрасли вступить в синдикат. Также госорганы могут обязать тресты сдавать определённый процент продукции синдикату. Но примеры того и другого на момент написания книги встречались редко. Принудительное синдицирование было исключением.
Принцип полной добровольности вступления в синдикаты и невмешательства государства, казалось бы, служит гарантией от бюрократизма и централизма. Однако такой подход не учитывает прогрессирующую роль планового начала в социалистической экономике. Он игнорирует основной принцип построения подобной экономики и лишает её тенденций к нужному развитию.
Автор видел решение в сочетании принципа добровольности и государственных санкций на вход и выход из синдиката крупных трестов. Нередки были случаи, когда синдикат успевал развиться во что-то значительное для отрасли, а потом из него по каким-то сторонним причинам выходил крупный трест. Это вело к ослаблению синдиката, возобновлению конкуренции, вредной для социалистического хозяйства, и выливалось во вред для всей отрасли.
Также государство может обладать инструментами для разрешения конфликта менее радикальным путём.
Польза синдикатов для государства
Самой главной задачей для синдикатов было проложить торговые связи между трестами, наладить сбыт и снабжение, организовать рынок. По оценке автора книги, синдикаты с этой задачей справились.
Промышленность в социалистическом государстве не ставит своей главной задачей прибыли, поэтому ей нет смысла ограничивать производство товаров как в капиталистическом государстве. Наоборот, промышленность стремится расшириться, а для этого для неё должна быть подготовлена соответствующая торговая база. Поэтому оказывать влияние на торговцев, на их развитие есть одна из задач синдикатов.
Второй важной задачей были расчёты стоимостей. Данные из калькуляций синдикатов помогали центральным государственным органам составлять планы.
Польза синдикатов для трестов
Синдикаты позволили трестам снять с себя функции обмена и сосредоточиться на производстве. При этом синдикаты показали себя в этой роли эффективнее: через них проходят товары нескольких трестов, что сокращает торговые издержки. Также синдикаты исследуют рынок, находя наиболее выгодные условия и не дают ценам опуститься ниже восстановительного уровня.
Синдикаты управляют распределением товаров, поэтому они влияют на снабжение предприятий. Они могут ставить определённые предприятия (например, наиболее дисциплинированные в отношении цен) в более выгодные условия и наоборот.
«Развитие синдикатов привело к тому, что ряд их превратился в специальные оперативные органы промышленности, сконцентрировавшие у себя 100% сбыта, 100% снабжения важнейшим сырьем, значительную часть снабжения материалами и предметами импорта, а наряду с этим — ряд функций в области объединения финансовой работы трестов».
Синдикаты приносят пользу трестам, поэтому трестам невыгодно «топить» синдикаты, оспаривая просроченные вексели. Однако из-за незначительности собственных капиталов синдиката, во время, например, неблагоприятного колебания рыночной конъюнктуры трестам приходится оплачивать возникшие издержки.
Синдикаты пришли к покупке товаров у трестов за твёрдый счёт ввиду плановости экономики и возможности трестов самим реализовывать товар параллельно синдикатам. Высокий комиссионный процент оказался невыгоден синдикатам по тем же причинам.
В случае конфликтов трестов с синдикатами эти вопросы решаются либо собранием уполномоченных (самый частый и простой метод), либо госорганами типа ВСНХ (но ВСНХ неохотно давал директивы по решению проблем), либо экономическим наказанием провинившегося треста (самый плохой и опасный метод для всех сторон и хозяйства в целом).
Положение синдикатов в СССР
Система гендоговоров и предварительных заказов
Синдикаты постепенно переходят к системе предварительных заказов трестам, обеспечивая себя в то же время предварительными заказами со стороны организованного посреднического аппарата. Система предварительных заказов возвратила синдикатам одно время отпавшую от них функцию по определению размера и характера производства.
Для введения этой системы нужна была централизация сбыта. В этом, в некоторой степени, могло поспособствовать государство, о чём мы писали выше.
Благодаря введению системы предварительных заказов, государство начало утверждать производственные планы промышленности с учётом синдикатских заявок. Банки стали охотнее снабжать кредитами синдикаты, а те уже распределяли полученные средства между своими трестами.
Рост кооперации не поспевал за ростом промышленности, торговала она слабо. Однако кооперации необходимо было налаживать связи с промышленностью, поэтому был осуществлён переход к системе гендоговоров. По генеральному договору тот или другой трест (синдикат) брал обязательство в определённые сроки и на определённых условиях доставить кооперации определённые сорта товаров в установленных количествах. Государство ставило своей задачей укрепление кооперации, поэтому СТО в 1926 году приняло постановление, по которому система гендоговоров была основным способом заключения сделок кооперации с синдикатами. В 1927 практика гендоговоров расширилась системой предварительных заказов для текстильной промышленности.
Несмотря на то что такая система была несомненным шагом вперёд для социалистической экономики, у неё были свои минусы. Канторович отмечает, что до 1927 г. система гендоговоров «носила отпечаток товарного голода», когда рынок сбыта кажется неограниченным. Это привело к тому, что кооперация не сильно пыталась вести учёт спроса, её усилия были больше направлены на обеспечение себя по максимуму производимыми промышленностью товарами. В итоге одни кооперации не досчитывались необходимых товаров, когда у других он лежал в запасе. Недостаточно качественное определение спроса вело к ошибкам, которые влияли на всю плановую систему. Неспособность учесть конъюнктуру рынка приводило ещё и к тому, что кооперации зачастую не могли принять избыточный товар, заказанный ими когда-то по гендоговорам. Система гендоговоров часто создавала излишние звенья в цепочке поставок, что приводило к удорожанию товара и задержке срока его реализации. Несмотря на всё это, кооперации стремились сократить количество периферийных звеньев синдикатов.
Однако автор отмечает прогрессивность системы предварительных заказов для гендоговоров. Введение этой системы побудило Центросоюз создать на периферии 800 контрольно-ассортиментных бюро.
Проблема накопления товаров
Перед народным хозяйством стоит задача накопления товаров. т. к. спрос может колебаться.
«Практически, ажиотаж с рядом изделий возникает следующим образом: новый фактор, порождающий волну спроса (напр., слух о войне), вызывает вначале умеренный спрос; если требование первых 10 000 покупателей удовлетворяется магазинами, то вспышка спроса замирает; но неудовлетворение их спроса вызывает ненормальный спрос чуть не всего населения, и в этом случае уже никаких запасов не может хватить».
Накопление товаров – это обременительные расходы, которые отбирают на себя часть капитала. Следовательно, государству нужно кредитовать ту часть аппарата, которая отвечает за накопление.
«Мыслимо накоплять запасы в четырёх органах: 1) у производителей, 2) у потребителей, 3) в низших и 4) в высших торговых звеньях».
По описанным выше причинам автор сразу отметает потребителей и производителей, задача накопления будет отвлекать их от основной деятельности. В случае с кооперацией может создаться угроза её перекредитования в 3-4 раза. Синдикаты же с кредитной нагрузкой, по мнению автора, справляются лучше остальных.
Также синдикаты хорошо себя показали в заготовительной деятельности и в области иностранных закупок. Но подробнее мы на этом останавливаться не будем.
Синдикаты и ВСНХ
Синдикаты не были органами ВСНХ, но обязаны были подчиняться его директивам. Автор отмечает, что государственное регулирование в начале НЭПа было слабым: в первые два года экономическая мощь синдикатов была намного меньше таковой на 1927 год, хотя их роль, наоборот, была намного больше. Сначала синдикаты занимались преимущественно проблемой калькуляции, определения стоимости товаров. К началу 1923 тресты стали на ноги, промышленность взвинтила цены, и это привело к кризису «ножниц» уже осенью того же года. Доходило до того, что у синдикатов было 2 калькуляции: товары рассчитывались подешевле – для внутреннего пользования, а подороже – для продажи. В этом автор винит недостаточное участие регулирующих органов, таких как ВСНХ, в делах синдикатов.
Выше мы писали о принципе добровольности вступления и выхода трестов из синдиката. Автор считает, что это должно происходить с санкции ВСНХ, если речь о крупных трестах, в этом и заключается регулирующая роль органа. Главная ошибка Канторовича тут в том, что он видит будущее развитие синдикатов в своеобразные главки, т. е. как бы отбирает у государства регулирующую функцию. ВСНХ же в этой схеме играет довольно скромную роль. Однако именно эта регулирующая функция необходима будет государству для развития плановой экономики.
Также Канторович считает, что ВСНХ может принудительно повышать синдицирование продукции. Например, если тресты сдают в синдикат больше 90% товара, то эту часть можно безболезненно довести до 100% специальным указом. Но если процент низок, то с такими инициативами лезть во внутренние дела не стоит.
Вмешательство государства необходимо, когда трест действует в своих личных интересах: например, может выйти из синдиката и тем самым разрушить его. Или вот какой интересный случай приводит автор книги:
«К числу таких обстоятельств, когда вполне допустим некоторый нажим на тресты, мы причисляем рыночную конъюнктуру весны 1925 г., когда тресты стали, под влиянием ажиотажа и легкой возможности реализации товара в Москве, задерживать отпуск товаров своим синдикатам, тем самым во имя мнимых интересов сегодняшнего дня срывая плановую политику равномерного снабжения изделиями промышленности периферии (через синдикатский аппарат)».
По поводу вопроса о республиканском подчинении: синдикаты должны быть всесоюзными и подчиняться ВСНХ. Раздробление на районные синдикаты недопустимо. Даже если синдикаты объединяют предприятия одного района, эти синдикаты должны охватывать рынок всей страны, т. к. регулирующее значение синдиката велико для всей страны. Это показала практика: районные синдикаты стали синдикатами по специализациям.
Синдикаты и кооперация
В период не то что коммунизма, но даже развитого социализма руководство производством и распределением должно быть централизованным. Однако в переходный период ситуация иная: производство и потребление разобщены и между ними устанавливаются полукапиталистические отношения.
Между потреблением в лице кооперации и производством в лице трестов и синдикатов отношения контрагентов, их интересы противоречат друг другу. Автор при этом напоминает, что главную роль следует отводить производству, а не потреблению. Каждый шаг по пути развёртывания и улучшения производства укрепляет господство и над процессами распределения, и над процессами производства.
«Если бы от торговой политики и операционной деятельности кооперации зависели направление и темп развития отдельных отраслей промышленности, то, весьма вероятно, пострадало бы планомерное развитие всех тех отраслей, которые не служат непосредственному потреблению и не поставляют примитивные (главным образом, с.-х.) орудия производства, т.-е., в конечном счёте, пострадали бы интересы самих потребителей».
«Основной предпосылкой успеха социалистического строительства является упрочение хозяйственной гегемонии крупной социалистической промышленности над всей экономикой страны», — указывает резолюция XV партийной конференции».
И у синдикатов, и у кооперации существовали свои оптовые аппараты, что было явным противоречием. В 1927 г. комиссия СТО выпустила постановление о постепенной передаче розницы кооперациям, но без вреда для хозяйства или конечного потребителя. Канторович считает, что такие действия по отношению к синдикатам – ошибка. У предприятий должны быть небольшие розничные сети для сбыта оптовой продукции, не нашедшей реализации. Также синдикаты вполне способны наладить розничную торговлю. Однако тут же автор отмечает, что розничная торговля имеет опасность сместить фокус предприятий. Главная цель советских синдикатов – именно оптовая торговля, но в розничной цены выше и были случаи, когда предприятия старались наладить сбыт через розницу.
Торговые органы синдикатов
Чем меньше нагружен торговый аппарат, тем дороже его содержать. Трестам по отдельности было бы невыгодно иметь свои торговые аппараты, да и районирование сбыта не всегда можно произвести удобно, что может привести к конкуренции. Выгоднее переложить эту задачу на синдикаты, ведь они торгуют товарами сразу нескольких трестов.
«Рационализация торговли синдикатами получает наиболее яркое проявление в внедрении через них системы предварительных заказов, в увеличении транзитных продаж, товаров, в рационализации завоза товаров, прививке в различных районах определённого типа изделий и т. п.».
Изначально одной из проблем, стоявшей перед хозяйством СССР, была неразвитость периферийных рынков. Однако синдикаты в течение нескольких лет смогли освоить рынок и развить свою сеть. С развитием синдикатской сети, государство решило ликвидировать районные аппараты синдиката, т. к. благодаря налаженным связям и системе предварительных заказов можно было поставлять продукцию потребителю напрямую, транзитом. Однако автор не считает это хорошей идеей, т. к., по его мнению, один централизованный государственный районный орган не сможет так эффективно справляться со всем разнообразием заказов, как это делал синдикат. А система предварительных заказов может гарантировать, по его прикидкам, лишь ~60% продукции, для всего остального необходимы склады районных синдикатов.
Оборотные средства синдикатов
Цель хозяйственных объединений при капитализме – прибыль. При социализме – участие в развитии производственных сил страны.
Изначально декрет от 10 апреля 1923 утверждал, что тресты формируются с целью извлечения прибыли. Эту формулировку пытались претворить в принцип хозяйственной политики, однако впоследствии она подверглась жёсткой критике.
«С осени 1923 г. государство осуществляло политику снижения отпускных цен, удерживая промышленные цены на таком уровне, который обеспечивает промышленности умеренную рентабельность. В ряде случаев политика цен государства вовсе лишает отдельные предприятия прибыли, а полученные прибыли перераспределяет между различными отраслями промышленности. Между тем, деятельность трестов протекает своим порядком, наполненная другим содержанием.
То, что сказано о трестах, может быть с ещё большим правом отнесено на счёт синдикатов. Собственное накопление синдикатов вообще не играет никакой роли. Синдикаты получают относительно своих оборотов наименьшую норму прибыли в ряду других торгующих организаций. Но и увеличение прибылей промышленности, в силу государственного регламентирования цен, не может являться целью деятельности советских синдикатов».
Вопросы финансовой политики синдикатов в банках в общем порядке не прорабатывались и всё решалось от случая к случаю. Синдикаты оперируют чужими оборотными средствами, доля собственных крайне мала. Это потому что синдикаты являются торговыми аппаратами трестов, а не самостоятельными торговыми единицами. Иначе при подобных условиях они бы давно разорились.
Автор считает, что собственные капиталы синдиката должны быть достаточными, чтобы покрывать риски: стоимость неликвидных товаров, ненадёжные долговые обязательства и т. д.
«Недостаток собственных средств у синдикатов и медленное их пополнение тормозили развитие операций синдикатов и толкали синдикаты в 1923 г. на неправильный путь усиленных прибылей».
К 1926 г. собственные капиталы синдикатов выросли.
«Высокая скорость оборота товаров и капиталов в синдикатах есть результате одной стороны, благоприятной кон‘юнктуры (товарный голод), а с другой стороны — несомненной рационализации торговли в синдикатах».
Синдикаты и банки
Основная функция банков при социализме – кредитование промышленности, сельского хозяйства и кооперации. Распределение кредитов является основным инструментом государства в планировании.
По мнению автора, всё банковское кредитование промышленности и большая часть кредитных средств для торговли с кооперацией должны проходить через синдикаты. С 1926 года ВТС начал проводить операции по системе взаимных зачётов. Синдикаты занимаются кредитованием трестов и берут на себя часть банковских функций. Касаемо ВТС, он всё больше приобретает черты концерна, осуществляет экспансию, увеличивая свою долю участия в других организациях или создавая дочерние общества. В том числе, ВТС участвует в капиталах банков. Будущее автор видит за концентрацией кредитования и финансирования трестов в синдикатах.
Кредитная реформа и ликвидация синдикатов
Одной из основных задач правительства было усиление планового начала в экономике. Существующая на тот момент трестово-синдикатская система этому мешала.
Главная ошибка Канторовича была в том, что он видел положительный момент в самостоятельности синдикатов и настаивал на её усилении. Доходило до того, что госбанк кредитует синдикаты, а те перераспределяют средства между собой благодаря векселям взаимных расчётов. Автор считал это плюсом, дескать синдикаты разгружают банки. Но на самом деле никакое усиление планирования при таких условиях невозможно.
По этим причинам правительство решило к 1930 году сделать не объединения предприятий хозрасчётными единицами, а сами единичные предприятия. Благодаря, в том числе, и синдикатам такая реформа стала возможной.
На рассмотрение правительственной комиссии были представлены проекты четырех ведомств: Наркомата РКИ, Госбанка СССР, ВСНХ и Центросоюза. Наркомат РКИ предлагал ликвидацию коммерческого кредитования, но сохранение кредитования предприятий через синдикаты. Предложение Госбанка было наиболее близким к тому, что в итоге было реализовано: прямое банковское кредитование предприятий без посредников и ликвидация коммерческого кредита. У их предложения были и свои минусы, но это в тему статьи не входит. Проект ВСНХ предлагал усиление роли синдикатов и их самостоятельности, а Центросоюза то же самое в отношении кооперации. В итоге частично были приняты предложения Госбанка и Наркомата РКИ.
Итоги реформы
В истории синдикатов мы можем видеть один из основных принципов социалистического строительства: руководство ставит себе цель, а при достижении этой цели она используется уже как «ступень» для достижения новой цели. Главной задачей государства было усиление планового начала в экономике. Сразу к планированию перейти было нельзя и для подготовки к новому этапу были созданы синдикаты. Они выполнили свою полезную функцию: исследовали рынок, наладили связи между предприятиями, улучшили методы калькуляции… Когда они стали приносить вред, от них избавились, а их функции передали Госбанку.
Сразу после этих реформ у государства тоже не всё шло гладко. Были приняты неверные шаги в организации кредитования (такие, как контокоррентные счета и автоматизм в финансировании), но эти проблемы быстро решили и система прямого государственного кредита показала себя в итоге очень продуктивно. Годы же существования синдикатов можно охарактеризовать исключительно как переходный период с особыми правилами, который должен не развиваться дальше в том же ключе, а трансформироваться во что-то более прогрессивное.